Те дни канули в Лету. Сегодня есть сегодня, а завтра – что ж, еще несколько миль, и мы будем в завтра. Старик сделал круг над городом, плавно миновав здания и базу военного флота, проплыв над праздными огнями вилл, разбросанных среди леса, окаймляющего Бухту Бэдфорда. Огни богачей, которые, не заботясь о цене, могут заказать и купить все, что захотят, даже внимание врачей. Не то, что Старый Человек, который, будучи очень болен, не мог воспользоваться услугами «Голубого Креста», «Зеленого Щита» или как там их еще называют. Все они хотели получить свой кусок пирога и к нему что-нибудь еще. Так что Старый Человек не мог рассчитывать на медицинскую помощь в молодой, вечно торопящейся Канаде. Он страдал из-за отсутствия денег, из-за отсутствия медицинской помощи, которую он не мог себе позволить.

Поглощенный этими мыслями, он поднимался все выше и выше, пока не достиг высоты, откуда было видно Солнце, и устремился через Атлантику. Вскоре, поблескивая ярким серебром крыльев, как будто ловящих солнечные лучи, мимо него пронесся какой-то спутник. Но Старого Человека не волновали ни спутники, ни подобные вещи, он к ним уже давно привык.

Немного прибавив скорости, он догнал самолет «Эйр Канада», со свистом пронизывающий пространство над океаном. Куда он направлялся – в Шэннон? В Прествин? Или, может, прямо в Ле Бурже, во Францию? У путешествий в астрале много преимуществ. Обгоняя лайнер, Старый Человек бросил мимолетный взгляд в салон, где слабый голубой свет ночных ламп падал на три ряда кресел, заполненных туристами и бизнесменами. Многие дремали, широко открыв рты. На противоположной стороне женщина в юбке, плотно облегающей стройные бедра, крепко спала, не замечая заинтересованного взгляда молодого человека, которому, видимо, очень хотелось, чтобы в салоне было светлее.

В кабине первый пилот, похожий на спокойную старую корову на ирландском лугу, курил трубку, наблюдая за приборами. Рядом скучал в своем кресле второй пилот. Бортинженер сидел сзади, уронив голову на сложенные руки с таким видом, словно жизнь стала совсем, совсем безнадежной.